ШутОк

Регби, армия и свадьба

История о том, как важно и полезно заниматься спортом. Из рассказов техника Васильича. Восьмидесятые годы прошлого века.

Как-то в эскадрилью к нам попался служить паренек, из тех, кто должен был успеть отдать весь долг Родине за два года. После института с военной кафедрой, в общем, «койот», для тех, кто понимает. Но пришел он служить уже сильно после института, имея на тот момент за спиной двадцать восемь окученных лет, жену, двух беспокойных детей, и стабильную жизнь и работу в Москве.
Почему тогда взбрыкнул его военкомат, так и останется загадкой для тех, кому нужны эти загадки.
Закончил он московский энергетический, работал у нас начальником группы авиационного оборудования. (Вспомнил сейчас, как он врал, что вместе с ним учился начинающий певец, который мог целовать песок). Дальше, интересней.
Рост его был два метра, и еще сколько-то сантиметров. Но длинным он не казался, он казался просто огромным. Потому что там было центнера полтора. И все они располагались достаточно равномерно ниже худощавой головы. Про таких в 90-е говорили: «Братик-квадратик». Как ему форму подбирали, это отдельная история.
Местные жители, чей средний рост не превышал двух мертвых верблюдов, с ужасом разбегались, когда он в свободную минуту ходил в пустыню половить скорпионов на сувениры. И самое главное, он всегда говорил, что на момент призвания, играл в регби в высшей лиге. Команда «Фили» называлась, если я правильно помню. И когда совсем входил в рассказывательский раж, то можно было даже услышать, что в армию он ушел ровно в перерыве между таймами. Поэтому они тогда все и просрали.
А что такое регби, особо и не объяснял. По телеку тоже тогда не показывали. Только потом умный зам комэска сказал, ребята, не переживайте, есть такая игра, это как наш гандбол, но намного веселей, все кучей по футбольному полю валяются, ворота там вот-такенные, и мячик неровный.
Но это присказка была. Теперь история.
Как-то надо было нам срочно женить одного из наших героев на местной красавице. Заказали ресторан под лучшей гостиницей города. Тогда военные нормально получали, могли себе позволить. А чтобы уравновесить многочисленную родню невесты, позвали на этот шабаш всю свободную эскадрилью. Всех тех, кто не улетел в командировку, кто не на дежурстве, и еще где-то по делам, в общем, несколько человек.
В ресторане нам отвели отдельный зал, посередине которого стоял солидный стол человек на восемьдесят, с приличной жратвой, и уже заранее сидящими за ним какими-то малосимпатичными людьми. Мне почти сразу, со второго круга, удалось приземлиться на свободное место географически удачно, чтобы никого не видеть, кроме пирамиды Хеопса из водки.
Пришел и наш нападающий из регби. Перед началом долго стоял с местными на входе, тер что-то там с ними, мял, а когда сел рядом со мной, вдруг заявил: «Знаешь, у них здесь есть такая традиция, надо обязательно у невесты туфлю стырить, иначе, считай, свадьба провалилась».
Я если честно, тогда его слушал в пол-уха, потому что уже некогда было. Сразу начали пить много и часто. Наша боевая эскадрилья, которая могла при удобном случае выпить целый самолет спирта, за этими бывшими кочевниками еле успевала. Поздравляли, дарили, снова выпивали. Рядовая свадьба, казалось, будет, но мой неутомимый сосед с каждой выпитой рюмкой все больше ерзал, бубнил себе что-то под нос, и потихоньку сползал со стула. Потом вдруг отчетливо сказал: «Пора», и нырнул под скатерть.
Наш отряд, естественно, не заметил потери бойца, бойцов и без него хватало. Выпили еще по одной, как вдруг только что расцелованная женихом невеста взвизгнула, и тоже вся ушла под стол. Дальше начали визжать все женщины за столом по-очереди, кто-то закричал: «Воруют туфлю», и мужские родственники невесты быстро повскакивали и сгруппировались на выходе из зала. Я на тот момент уже достаточно трудно понимал, что это собрались избранные, которые должны противостоять наглому вероломству.
И тут из-под стола вылез этот монстр. Помахал всем призывно в воздухе белой женской обувью, потом отточенным движением сунул ее себе под мышку, и наклонившись вперед, с каким-то звериным ревом побежал на выход. Причем, не прямо побежал, а с какими-то подвывертами. Бежал так, что половина гостей, сосредоточившаяся в дверях, сразу решила, что они зря сюда пришли, а вторая половина просто бросилась наружу. Через секунду живой ураган пронесся насквозь, давя самих неловких, и даже при этом, не очень сломав распашные в нашу сторону двери.
Когда пердеж взволнованных гостей настиг и мой угол, я за всеми остальными вывалился проветриться на улицу, и там увидел, что наш терминатор бегает перед гостиницей по клумбам с цветами, возит на себе человек шесть приглашенных, держа впереди на вытянутой руке эту туфельку, как олимпийский факел.
Наблюдать было интересно. Мы хлопали и гудели. Он иногда останавливался, бросал туфлю перед собой, ждал, когда от него отцепятся гости и добегут до нее, опять кричал, бросался в эту кучу и сражался там с ними, в нечестной борьбе. Было видно невооруженным глазом, что удовольствие от этого шоу получает только наш человек.
Но все закончилось хорошо, когда они устали и достаточно перемазались, то все вернулись к столу. Туфлю с улицы, естественно, принесли мы. Потом помню, кто-то пытался из нее пить водку, уже достаточно дырявой. А невеста весь вечер жаловалась, что ей теперь не в чем будет идти в свадебное путешествие, и тогда наш добрый Гулливер подарил ей на счастье свои ботинки сорок седьмого размера.
Перейти на сайт