ШутОк

Нефертити

Одним из украшений нашей кафедры был (и, надеюсь, есть, дай ему боги здоровья) профессор Степан Андреевич Штольц, чистокровнейший баварец, внезапно на Фестивале 1957 года влюбившийся в Москву - вернее, чего уж там, в москвичку - с таким треском и энергией, что в 1960-м он уже вел на ломаном русском теорию машин и механизмов в нашем прославленном вузе. Нерастворимый немецкий акцент, вкупе с царственной осанкой и огненным взором, и поныне придает его лекциям особенный аристократический шарм.

Защита диплома. Комиссия. Две студентки на группу. По традиции - дамы вперед. Первая, синий чулочек в свитере и хвостике, отбомбилась предсказуемо без сучка и задоринки и, после перерыва, на сцене появилась вторая. Льняная грива на полметра ниже юбки, каблучищи, визаж - ну в общем, вы поняли. Создание, постреливая глазками, порхает у досок с указкой и достаточно толково излагает сопроводительную.
В тишине звонко раздается щелчок языком и возглас:
- Нефертити!
Польщенная красавица удваивает шарм и неспешно, виляя талией, движется по теме.
- Ах, Нефертити!!!
Мне показалось, дипломантка даже смутилась и заколебалась на секунду, не совершить ли книксен. Но длина юбки... В общем, заминки считай не было.
- Никитина!!! - вскочил наконец герр Штольц. - Я фас нижайше умоляю! Пошалуйста, не фертите бедрами! Фы радикально отвлекаете нас всех (орлиный взор поверх академических лысин) от того, зачем мы сдесь фсе собрались.
Отер свою сверкающую маковку белоснежным платком и чинно уселся на место.

Перейти на сайт