Заставу было не узнать. Все дембеля ходили с серьезными, озабоченными лицами. Они перестали заниматься воспитанием молодых солдат по ночам, перестали играть в дембельский поезд, большие гонки и другие увеселительные мероприятия, призванные скрасить дембелю оставшееся время до демобилизации. Дело было в том, что исчез дембельский престиж. Самый лакомый кусочек дембельского пирога состоял не в вышитой парадке, не в сапогах на двойных и тройных каблуках, не в дембельском альбоме. Все это давно уже было подготовлено, спрятано и ждало своего часа. Исчез последний дембельский кураж. Он заключался в совершении действия превосходящего по энергетике действия предыдущих дембелей, совершении невозможного, напряжения всех умственных и физических сил. Вишенкой на дембельском пироге прошлых лет была надпись краской на отвесной скале на высоте 10-15 метров над уровнем воды – ДМБ – и две последние ...

Пол ночи делал сранные конспекты для ротного и поспал всего часа 3. А на след утро заступил в наряд дежурным по роте. Со мной в наряде 3 дневальных, ночью двое идут спать на пару часов, один остаётся на тумбочке, я сижу за столом у входа. До двух ночи сидел рисовал, потом прохладно стало, решил накинуть бушлат на плечи, сразу так потеплело, на сон потянуло. Боролся как мог, но проиграл. Примерно в 3:30 ночи раздались удары кулаком по двери. Подымаю глаза, вижу дневального на тумбе побледневшего, поворачиваю голову, а за стеклянной ПВХ дверью стоит подполковник, дежурный по роте, глаза налиты кровью, ноздри как у гориллы. Я сонный не снимая бушлат с плечей, открыл дверь, в полголоса представился. Дежурный отодвинул меня рукой в сторону, что-то...

У меня в армии была такая суперспособность. Когда залипаешь на КПП ночью, садишься на стул, руку на стол, подпираешь голову. Если слишком крепко уснёшь, то башка упадёт и сразу отлипнешь. Так вот, слух был развит на все 100%, на любые шаги и шорохи, если вдруг проверка крадётся. И на любой шорох я вставал и открывал дверь, типа я дофига бдительный боец, на опережение работал, значит. В общем был уставший очень сильно, схлопотал 2 наряда вне очереди, уснул прям сладенько, аж слюни потекли) В этот момент дверь распахивается и я по рефлексу встаю и иду навстречу звуку. Комбат в общем знатно кирпичей отложил, говорит: -Иду, дай гляну, спит боец или нет? Дверь, сука открываю, а этот мудак подрывается со стула и на меня прёт, глаза стеклянные, не мигают, слюни текут и такой ЫЫЫЫЫ!)

- Товарищи солдаты! Когда пишете письма домой, помните о сохранении военной тайны и о наказании за ее разглашение! А то один тут написал, что его отправят в Германию, второй - что на Кубу, третий - что командир придурок...

Армия. Офицер – разводящий караула, подбегает к прапору – бывшему десантнику: - Слушай, мне срочно нужно склад открыть с продовольствием или часть голодная останется, а там часовой с боевым оружием – боец из моей роты. Надо его снять по быстрому, но аккуратненько без жертв. Ты же – десантура, умеешь! - А ты че, пароль забыл что ли? Спроси в штабе. - Да не я, а он, сука!

1970 год. Физтех. Военная кафедра. Майор Лемесев: - Товарищ студент, почему с бородой? - Э... Да вот, товарищ майор, девушке нравится, говорит, щекочет приятно. - Ну что ж, если пощекотать больше нечем - носите!

есть классная история, как с появлением первых противогазов высокие чины озаботились, чтобы через угольные фильтры не фильтровали самогон. и издали приказ по армиям. Ёпть! сказали солдаты, которые не знали о такой возможности.

Сидит генерал с удочкой на берегу речки, ловит рыбу. Генерал при полном параде: китель, штаны с лампасами, фуражка. Стоит невыносимая жара, с генерала капает пот, он каждую минуту достает платок, вытирает лысину и отмахивается от мух. С самого утра ни одной поклевки, и генерал грустно смотрит на неподвижный поплавок. Вдруг с небес раздается голос: А ведь хуй прикажешь!

Вернувшись из армии, где я перезнакомился со многими типажами из ваших историй, я пошел восстанавливаться в институт. Подал заявление, и мне сказали, чтобы я сходил на военную кафедру. Я знал (читал в газете), что вышел приказ, ежели ты служил в армии, то от кафедры освобождаешься. Пришел, там опять сидят все те же армейские рожи, упитанные и такие же дубовые. Да вроде ж Москва! Должны ж быть поумнее - ни хрена! Мы, - говорят, - приказа не видели, служите-с! Служить мне не хотелось. Но, слава Богу, друзья-студенты из театра-студии, где я вечерами играл, прислали приглашение из Германии. Они уехали учиться в Лейпциг, и у меня появилась...

Старая история, произошедшая в военных лагерях. Мой друг Леша был очень активным парнем, спортсменом, общественником, да и просто мужик - то что надо. Нашим офицерам он тоже нравился. Назначили они его командиром взвода. Все было замечательно: он был отличник боевой и политической подготовки, а в конце нашего срока таким как он - поощрение: сфотографироваться с офицерами кафедры. Ну и во время этого процесса поставил он одному капитану рожки. В процессе этого никто не заметил, а на фотографии - все отлично видно. Ну, капитан, паскуда, дал слово офицера и коммуниста, что он этого просто так не оставит. Настает последний день в лагерях. Торжественное построение. За кучу всевозможных...

На призывной комиссии призывник так сильно старался откосить от армии, что прямо там поступил в ГИТИС.

Был у нас в роте один неправильный военный, прислали посылку он первый помогает открыть, купил пачку сигарет парочку ему... А порой бесцеремонно мог взять что-то без спроса, а потом "забывал" сказать.. Нагрянула к нам в часть проверка, сидим перед сном в курилке и бычки кидаем в пластиковый стаканчик с водой ибо пепельница по центру должна быть чистой, проверка же. А метров в 200 был "Чипок" в котором бывший прапор организовал армейский магазинчик с ништяками в виде бразильского маккофе 3в1, 2х видов печенья и т.п. Так вот, подходит это тело и с фразой ой, дай глаточек хватает этот стаканчик и делает смачный глоток, видели бы вы его лицо!