Когда я был юным аспирантиком, руководителем моим была солидная,
заслуженная дама-профессор по фамилии, скажем, Левина. А за пару лет
до меня под ее же руководством защищался немолодой уже человек,
Борис Петрович Р. Туговатый на ухо и поэтому с громовым голосом.
Необыкновенно рукастый, всю жизнь просидел он в разных местах
на инженерской должности, и, в конце концов, все законы приличия
говорили, что ему надо сделать диссертацию. (В науке, кстати, он
ни бельмеса не соображал).
Перед самой защитой он почему-то стал сильно ругаться с Левиной.
В самый день защиты утром он помчался к художнику забирать плакаты
(тогда слайды на защите считались дурным вкусом). А Левина, придя
на работу, узнала, что заседание Ученого совета по защитам внезапно
по техническим причинам переносится в другой корпус. Она позвонила Р.
домой и попросила ему передать, что будет его ждать в этом другом
корпусе.
Короче, из-за чертова художника Р. на свою защиту опоздал. Прилетает
на такси в институт и не знает точно, в какой комнате собрался совет
(сам Р. работал в здании на другом конце Москвы). Начинает, как
безумный, носиться по незнакомым этажам, весь увешанный, как елка,
своими плакатами. А Ученый совет, немного подождав, начал слушать
другую защиту (тогда было 2 защиты в один день). К столу вышла
какая-то пигалица и замогильным голоском начала речь.
Тем временем Борис Петрович, перематеривший Левину и всю ее родню
и заглядывавший во все дверные щели подряд, доходит, наконец,
до комнаты, где идет защита. Приоткрывает чуть-чуть дверь, как
и все прочие двери ранее, прислушивается. Ничего такого не слышит.
Видит сбоку только заднюю часть комнаты, где на отшибе сидит один
наш аспирант и осторожненько читает лежащий на коленях "Крокодил".
И тут, увидев, наконец, хоть кого-то, кого он знал, и совершенно
не подумав, что в этой тихой комнате может еще кто-то быть,
Борис Петрович с порога рявкнул своим фельфебельским басом:
- ГДЕ ЭТА ТОЛСТОЖОПАЯ БЛЯДЬ ЛЕВИНА?
Весь убеленный сединами и увенчанный титулами Ученый совет чуть
не грохнулся в обморок в полном составе. Через полсекунды, ввалившись
со своими плакатами внутрь и увидев своих слушателей, еле удержался
на ногах и диссертант Борис Петрович. Но больше всех растерялся
председатель Ученого совета, который вдруг приподнялся и, указывая
на посиневшую Левину рукой, молвил:
- ДА ВОТ ЖЕ ОНА!
0

Теги

Добавить комментарий

Оставить комментарий