Дело было в деревне. В подшефном колхозе, куда нас, шестерых молодых специалистов (четыре мальчика две девочки) дождливой осенью восемьдесят седьмого направило руководство родного завода. Колхоз этот находился в такой глуши, что вот если представить жопу мира, а потом найти на этой жопе самую потаённую и недоступную точку, то вот это и будет та деревня на двадцать дворов, в которой мы в конечном итоге оказались. Ночь на поезде, четыре часа на колхозном автобусе по дороге, кой-где имевшей следы асфальта, и ещё часа полтора просто по полям в телеге трактора "Беларусь", с тремя мешками картошки и двумя мёртвыми животными. - Что это? - брезгливо тыча пальчиком в туши телёнка и свиньи, спросила Таня. - Я с трупами не поеду! - Это не трупы. - буркнул в ответ угрюмый тракторист. - Да?! А что же? - Ваша еда. Поселили нас в...

Году этак в восемьдесят седьмом, как нынче модно говорить - прошлого века, отправили нас от завода в подшефный колхоз на помощь в уборке урожая. Поскольку сама эта ситуация достаточно абсурдна, то и жизнь наша там была полна приколов. Глухие задворки Костромской области. 300 км от железной и любой другой нормальной дороги. В межсезонье - только по воздуху или на лошадях. Если кто-то еще считает, что...

Как-то в наше село Большие Вилы, где еще сгорел сарай и жили два громилы-тракториста на одном тракторе Кировец, братья Пров и Николай, прислали нового председателя колхоза. Из моряков, или допустим из геодезистов. А он в сельском хозяйстве - ни разу не зоотехник и даже не агроном, хотя на партконференции два раза про севооборот слышал и один раз про пары. Вслед за председателем пришла разнарядка вспахать 44,45 Га под репу, а 54,46 Га оставить под сурепкой с люцерной для накопления азота в почве. Посмотрел моряк, а может даже геодезист, на карту, применил курвиметр, а может даже использовал секстант и пришел к выводу, что восточное поле по размеру репе соответствует, а западное - сурепке с люцерной. Вызвал секретаршу и дал задание. Одно вспахать, другое оставить. Секретарша немало удивившись существованию в деревне Западного и Восточного полей, передала задание бригадиру, а он трактористам. Пров, мужчина огромного роста и ...

Детская практически сказка-быль, но в ней намек, почти как «Петя и волк», только про Петю и хрен. Про хрен. Хрен, дорогие мои, заслуживает вообще целого романа в стихах, как и Евгений Онегин. Потому что хрен – это наше все, даже если иметь в виду то самое растение, которое я иметь в виду собираюсь. Хрен нельзя не любить, во всех смыслах этого слова. Если человек вдруг признается в своей нелюбви хрену, знайте – он врет и предаст вас при первой же опасности, как говорили знаменитые персонажи, сыгранные в знаменитом фильме знаменитыми актерами. Это если с фени их слова перевести. А все потому, что хрен - это вам не горчица. Хрен - это даже всему голова. Ну почти, то есть иногда. Чаще всего даже. Так вот у нас в Мытищах был и...